1269901.JPG

Идея женщин как разрушительной силы повторялась в живописи прерафаэлитов. Художники в прямом смысле изображали женское зло или амбивалентность. «Женщина — ведьма» это была мощная метафора опасений по поводу властных и сильных дам. Как-то мужчины стремились все грехи мира переложить на хрупкие девичьи плечи. Даже прерафаэлиты, восторженные певцы красоты, не остались в стороне от скверной идеи женского зла. Идеи, навязанной религией обществу. А что? Удобный постулат – сильный мужчина – он ведь невинен. И легенды дали искусству истории, которые со всей силой таланта изобразили художники.

b4677de27862.jpg

Теннисон в поэме «Королевские идиллии» рассказывает историю Вивьен и Мерлина. Мерлину льстит напористое внимание Вивьен — и в конце концов он рассказывает ей секрет заклинания, после чего молоденькая ведьма запирает старого дурака в Полых холмах. Из которых нет спасения. И дальше Вивьен работает с украденной магией Мерлина.

Соответственно, Вивьен получила определение: «блудница», потому, что соблазнила. А Мерлин – «дурак». Он и есть дурак, конечно. Сколько их, таких старых идиотов.



Но никого так жестоко не наказывали, как Мерлина. Легенда говорит, что где-то, в глубине холмов, или в колдовской колоне, сотворенной из ветра и воздуха, до сих пор заключен Мерлин. Он спит тяжелым волшебным сном, но все еще может проснуться.

Образ опасной чародейки проникает в сердце прерафаэлитовской озабоченности: как бороться с женщиной, наделенной властью. Как бороться с женщиной, которая контролирует свою сексуальность и вызывает ее, безудержную, в мужчине. Естественно, раз мужчина так сильно хочет женщину, значит, она его околдовала. Он-то невинен, как ягненок, просто находится под ужасным колдовством сильной женщины. Ведьмы.

454773945.jpg

История Медеи, как и история Вивьен, фокусируется на «девиантной» женщине. Как и о Вивьен, рассказ о Медее сосредотачивается на предательстве, только в ее случае дважды. Она предавала мужчин, которым обязана своей жизнью или продвижением в патриархальной системе.

Первый — ее отец, которого она предает, чтобы помочь украсть волшебное золотое руно. Второй – когда измена любимого побуждает Медею отомстить, убив детей. Медея изображается несколько раз художниками прерафаэлитами.

На картине Фредерика Сендиса Медея, женщина, окруженная оккультными символами и предметами, она творит заклинание. Медея — ведьма: на столе волшебныйкруг, очерченный красной нитью, охватывающий жабу, пылающее зелье, ягоды, похожие на смертоносные пасленки, и сосуд, наполненный вязкой субстанцией. На Медее тяжелое красное ожерелье, ее губы приоткрыты, и ее взгляд полон бешенства; Пламя освещает ее грудь. Образ силен, он сумасшедший и преднамеренно злой.

ACNMW_ACNMW_DA000613.jpg

Фридрих Сендис, по общему мнению, интересовался идеей «красивых, но разрушительных женщин». Вот Элеонора. Здесь она крадется, держа красную нить, которая направит ее к тайной беседке Розамунды Клиффорд, любовницы мужа Элеоноры, короля Генриха II. Элеонора держит кинжал в одной руке и чашку яда в другой — по общему мнению, выбор смерти, который она предложит Розамунде.

madea1-794x1024.jpg

Valentine Cameron Prinsep (British, 1838-1904) и его ведьма. Свет показывает нам змею в правом верхнем углу. Медея в нижней части картины и змея, спрятанная в верхнем правом углу, создают интересное расположение фокусных точек – они вызывают напряжение и подчеркивают роковой образ. Медея собирает отравленные грибы в лесу, наполненного змеями, которыми она отравит соперницу и своих детей от Ясона.

Sandys,_Frederick_-_Morgan_le_Fay.jpg
«Ведьма Моргана»,
Э.Ф. Сэндис, 1864

©






✉ Для подписки на сайт, введите e-mail: