Открыл глаза. В окно светило солнышко.

— Спасибо, Боже, ещё за один день в этом прекрасном мире! – прошептал старик.

Уже полгода Геннадий Данилович, открыв утром глаза, первым делом произносил эту фразу. С того дня, когда ему исполнилось девяносто лет.

«Как хорошо было десять лет назад! Надя ещё жива была, — на глазах старика появились слезинки. Взглянул на огромный портрет жены, висящий на стене, и мысли унеслись в те счастливые времена. – Она постоянно ворчала на меня, а я, дурень, злился. Два года, как она ушла. Немного, уж, осталось – скоро встретимся. И с сыном – тоже!»

Геннадий Данилович долго смотрел в потолок.

«Почему Захар стал таким. Ведь хорошим был в детстве, спортом занимался, два года в армии отслужил. Женился… Развёлся… Иринку мы воспитывали. Как её Надя любила… Сейчас внучке уже сорок. Да и дочке её Наташке, моей правнучке, уже двадцать».

На сотовом заиграла музыка. Геннадий Данилович, кряхтя, встал. Дочь:

— Папа, с тобой всё в порядке?

— Нормально, Катя!

— Лёнька через пару часов к тебе зайдёт.

«Дочери Кате уже шестьдесят три. Подумать только. Вроде недавно мы с Надей охали: «Что ты делаешь? Тебе тридцать шесть, а ты рожать надумала. Ведь есть одна – хватит». А уже и Лёньке двадцать семь. Правильно, что родила. Каролине десять лет тогда было. А она уже всем заявила, что в этой «дыре» жить не будет. Сейчас в областном центре. Коттедж, машины… Звонит… иногда».

Старик, слегка держась за стенку, прошёл на кухню, включил чайник. Пошёл в туалет, затем стал бриться и умываться. В голову вновь полезли мысли о сыне:

«Шестнадцать лет, как Захар умер. Вроде, перед смертью пить бросил. Даже, какую-то женщину нашёл. Жил с ней несколько лет. Ребёнок у них родился. Надя моя всё возмущалась: «Нам одной Иринки хватит?» Внучка тогда уже родила. Квартира ей нужна была. Нам-то с Надей денег хватало – у меня и пенсия неплохая и за книги хорошо платили. Правда, все деньги на внуков уходили. Каролина, как раз, в областной центр уехала, в институт поступила, полностью на нас была. Тоже ведь внучка. Это сейчас все внуки пристроены и живут хорошо».

Померил давление, вроде, нормальное. Приготовил чай, продолжая думать:

«Почему мне Захар в последнее часто снится. Наверно, к себе зовёт? Он в сорок четыре умер. А для меня так ребёнком и остался. Сейчас ему уже шестьдесят было бы. Нет, он словно, о чём-то просит. Да, я вроде всё в этой жизни сделал. Внукам всем помог квартиры хорошие купить, и правнучке старшей – тоже. За могилками за всеми ухаживаем. Скоро и моя могилка рядом с Надиной появится. Чувствую, последний месяц на белом свете живу».

Геннадий Данилович долго сидел на кухне, словно пытаясь ухватиться за какую-то мысль. И вдруг…

«А ведь у моего Захара был сын этой… как её? Ольги. Тогда у нас с Надей столько проблем с внуками… внучками, было. Так ведь и этот мальчишка мне внук. А я даже о нём ничего не знаю. Так, так, надо Иринке позвонить. Может она чего знает?»

Набрал номер внучки:

— Привет, Ирина!

— Ты что дедуля? – раздался радостный голос. – У тебя всё в порядке?

— Нормально, нормально! Слушай, мне здесь в голову такие мысли лезут. Ты знаешь, что у твоего папы перед смертью сын родился!

— Конечно, знаю.

— А ты не знаешь, что с ним?

— Я-то знаю. Это вы с бабушкой, его не захотели принимать, — тут голос стал дружелюбным и немного загадочным. – Зовут Миша, двадцать лет. Отслужил в армии. Работает на заводе. Учится заочно в институте. Через месяц у него свадьба.

— А я и не знал.

С минуту стояла тишина, которую нарушила внучка:

— Дедуля, с тобой всё в порядке?

— Ирина, хочу с ним увидеться. Ты его адрес…

— Сейчас позвоню ему. Мы с ним часто перезваниваемся. Он хороший парень.

Прошло несколько минут. Наконец, раздалась мелодия телефона. Внучка:

— Деда, позвонила я ему. Вечером к тебе придёт. Ладно, пока. Наташка, опять, что-то охает.

— А что с ней?

— Дедуля, ты что забыл, что твоя внучка скоро бабушкой станет, а ты прапрадедом?

Не успел Геннадий Данилович положить телефон на стол, как услышал скрип открываемой входной двери. Ключи от его квартиры были у всех родственников.

— Лёнька! – улыбнулся хозяин, выглянув в коридор.

— Привет, дед! Куриный бульон тебе принёс. Мамка булочек ещё дала. Давай, садись! – внук махнул рукой и направился на кухню.

Куринный суп, как всегда, на славу удался. Жена у внука была поваром отменным. Геннадий Данилович всегда был рад, когда к нему приходили родственники.

Да, они и приходили каждый день. Он даже знал, что они график составили. Сегодня вот внук пришел, а завтра – дочь придёт.

Посидели, поговорили. Внук убрал посуду и стал собираться. Уже в прохожей дед сунул ему пятитысячную купюру.

— На, в выходные со своими в парк сходишь!

— Дед…

— Всё, всё, бери! Это для правнуков. Я может, последний месяц на свете живу.

— Дед, я это лет десять слышу, — внук рассмеялся. – Опять, что-нибудь интересное в жизни случиться и умирать некогда будет.

— Ладно, иди, шутник! – старик махнул рукой и улыбнулся.

***

Этого звонка домофона Геннадий Данилович ждал с нетерпением, но всё равно, раздался тот неожиданно.

— Здравствуйте! Я – Михаил, — раздался голос в трубке. – Мне Ирина сказала… я пришёл…

— Заходи, заходи, внук! – он нажал на кнопку и открыл замок.

***

Дверь открылась. Зашёл парень. Деда шатнуло в сторону, он схватился за сердце и стал оседать. Перед ним стоял, словно сын, сорок лет назад вернувшийся из армии.

— Что с вами?

Парень поднял деда на руки, отнёс в комнату и положил на диван. Быстро выхватил из кармана телефон. Дед открыл глаза:

— Не надо внучок, — попытался подняться.

— Лежите! – остановил его парень, но телефон убрал.

— Вон, на тумбочке таблетки. Достань одну!

— С вами, точно, всё нормально? — Михаил подал таблетку.

Геннадий Данилович положил таблетку под язык:

— На отца своего ты сильно похож, — дед приподнялся, сел на диван. – Пошли на кухню! Посидим, поговорим.

Михаил обнял его за плечи, довёл до кухни и посадил на стул.

— Миша, ты достань из холодильника, колбасу, сыр, мясо там какое-то, ещё, что там есть. Ты, наверно, после работы и не ел? Чай наливай!

Парень бросился накрывать на стол. Когда закончил с этим, и начали обедать, дед велел:

— Давай, внук, рассказывай! Я ведь тебя один раз видел, на похоронах твоего отца. Ты тогда совсем маленьким был. Бабушка твоя, Надя, как узнала, что Захар умер, схватилась за сердце и упала… инфаркт. Пришла в себя, когда твоего отца уже похоронили. Долго мы от его смерти отойти не могли.

— Я вас тоже помню. Мне тогда четыре года было. Мне сказали, что вы мой дедушка. Папу – тоже помню, болел он часто, не работал. Я потом только узнал, что бабушка Надя ему каждый месяц деньги давала. Мама вскоре нового папу мне нашла, но он исчез, когда я во втором классе учился. Мы так и жили в папиной однокомнатной квартире. И сейчас там живём. Знаю, что эту квартиру папе вы с бабушкой Надей купили. Когда вырос, почему-то стыдно стало перед вами за маму. Она хорошая, но… понял, что вы для неё чужие, и она для вас – тоже.

Лицо Михаила вдруг озарила улыбка.

— Как-то после окончания девятого класса ко мне на улице подошла незнакомая женщина. И вдруг сказала: «Здравствуй, братик!». Так я познакомился с Ириной. С тех пор мы часто перезванивались, иногда встречались. Сегодня позвонила и сказала про вас.

Повисла пауза. Геннадий Данилович понимал, надо что-то сказать, но прошлое не давало сосредоточиться. И чтобы вернуться в настоящее, спросил:

— Миша, у тебя скоро свадьба?

— Да, через месяц. Дедушка Гена, вы тоже приходите.

— Спасибо! Постараюсь.

— Мы свадьбу делать не будем. Я только Ирину приглашу и вас. У моей Полины тоже, кроме матери, близких родственников нет.

— Внук, а где вы жить собираетесь?

— У мамки первое время. Потом в ипотеку однокомнатную возьмём.

***

Допоздна разговаривали дед с внуком. Расстались по-родственному. Обменялись номерами телефонов. Геннадий Данилович подошёл к портрету жены, скрестил руки, как на молитве:

— Надя, у нас внук объявился. Он так сильно на нашего Захара похож. Мишей зовут. Какой хороший парень! У него свадьба через месяц. Надя, ты подожди немного, не могу я сейчас к тебе прийти. Хочу внуку квартиру двухкомнатную купить. Деньги у меня, и которые ты копила, остались и ещё добавились. Куда мне их девать? Только правнукам на гостинцы и трачу. Ладно, Надя, подождёшь? Он ведь тоже наш внук.

Поговорил Геннадий Данилович с женой и направился в спальню, но уснуть ему сегодня, видно, было не суждено. Раздалась мелодия на телефоне. Снова внучка, Ирина:

— Дедуля! – раздался её радостный крик. – Наташка родила! Теперь и я бабушка, а ты – прапрадед. Дедуля, завтра всё расскажу! Счастливо!

Геннадий Данилович повернулся к портрету жены и, как бы виновато, развёл руки. И на мгновение ему показалось, что жена улыбнулась в ответ.

Автор: Александр Паршин

Он ведь тоже наш внук

©



✉ Для подписки на сайт, введите e-mail:





Смотрите также: