>

 

На всю округу ни души, только Бог в соседях. 70-летнюю Люську никто не бросал в этой глуши, она поселилась и живет счастливо там сама. Фотограф Ольга Кузнецова запечатлела будни неунывающей бабушки.

Раз в неделю из Москвы ходит поезд до отдаленной станции в Псковской области. Оттуда до деревни Толоковниково*, где живет в полном одиночестве 70-летняя Людмила Вячеславовна, или просто Люська, еще 25 км.

 

 

Она встает в 4 утра, приносит в дом воду и дрова, топит печь, тут же на печи готовит еду — газа в деревне нет, электричество работает с перебоями. Ее дочь и внук живут в городе, навещают ее по очереди пару раз в месяц. Люська помогает им: свежие фрукты-овощи летом, картошка-соленья зимой. Уезжать из родной деревни и дома, которому больше ста лет, пенсионерка наотрез отказывается. Для поддержания духа бабушка слушает музыку по радио в телефоне или запись своей любимой песни Сальваторе Адамо «Падает снег». Может слушать ее бесконечное количество раз и петь вместе : «Tombe la neige, tu ne viendras pas ce soir…»

 

 

Весной приезжают соседи-дачники: Юля с мужем и Рита с сыном, и живут в деревне до осени. Как-то летом к Рите в гости приехала школьная подруга, фотограф .  Они каждый день навещали необычную соседку, помогали ей ворошить сено, заготавливать дрова на зиму, а между делом фотограф снимала жизнь своеобразной отшельницы.

 

 

Вернувшись в Москву, Ольга поняла, что нужно ехать к Люське еще раз, только теперь зимой. Так они вместе встретили Новый Год и прожили четыре дня: Люська в своей привычной среде, а московский фотограф — с туалетом на улице, без душа и с водой из родника.

 

 

«Она человек удивительной силы характера и очень энергичная, со всем прекрасно справляется сама», — рассказывает фотограф.

 

 

У Люськи всегда много дел. Летом она косит траву, колет дрова, топит печь и баню, полет сорняки, ремонтирует то, что сломалось. В огороде выращивает почти все для пищи. Летом в деревню приезжает магазин на колесах, автолавка, в соседней деревне меняет сено на козье молоко.

 

 

Если женщине что-то требуется зимой, она звонит в деревню, где есть магазин, все необходимое ей привозят, доставка стоит 300 рублей. В свободное время Люська шьет на машинке — она настоящая мастерица и к выбору нарядов подходит серьезно, что попало не надевает.

 

 

«Это история не брошенной одинокой пенсионерки. Жизнь в деревни — добровольный выбор Люськи», — говорит Ольга.

 

 

Когда у Людмилы Вячеславовны плохое самочувствие, она знает что делать, умеет делать уколы. 20 лет Люська жила в Ленинграде и работала медсестрой. Когда же у ее матери обнаружили рак, Люська бросила все и вернулась в родную деревню ухаживать за ней.

 

 

Мать давно умерла, но у Люськи все еще очень сильна связь с ней. Люськина мать была очень верующей, набожной, хотела уйти в монастырь, но родители насильно выдали ее замуж за вдовца с маленьким ребенком. Она взяла воспитание малыша в свои руки, а позже родила сына. В 1941 году муж ушел на войну и погиб.

 

 

После войны к ним в деревню ненадолго приехал новый ветеринар. Он и стал Люськиным отцом, ее мать узнала, что беременна, когда молодой специалист уже уехал домой.

 

 

Сильный характер достался Люське от матери. Одна воспитывала троих детей, вела хозяйство, но раз в неделю ходила 13 км пешком в церковь даже в страшные годы гонений на религию. Люська молится и делает все по дому так, как научила ее мать. Бережно хранит ткацкий станок мамы и мамино рукоделие, а по большим церковным праздникам достает из сундука занавески, которые мать соткала изо льна.   

 

Когда фотограф уезжала, Люська читала в дорогу молитву и учила ей Ольгу. Пенсионерке очень помогает вера. Бог для нее — это и добрый сосед, с которым можно посоветоваться и поговорить в одиночестве. С ним ей не бывает страшно. Она рассказывает, что только давным давно как-то сильно испугалась волка в лесу, когда летом шла из магазина. Бросилась бежать, не разбирая куда, заблудилась. Устала, плутала, плакала. Остановилась и стала так горячо молиться, чтоб боженька её спас и вдруг поняла, где она: совсем рядом с тропинкой к дому. И волка не видно и не слышно. В деревнях много суеверий: втыкают булавки в косяк входной двери от нечистой силы, вешают чеснок от неё же, но у Люськи этого нет. Любое дело она начинает с молитвы или со словами : «Господи, помилуй» или «Ну, с Богом!».

 

*Название деревни изменено в целях безопасности

 

Спасибо

©




✉ Для подписки на сайт, введите e-mail: