В начале 90-х, (
которые теперь все ругают, а зря — они открыли нам много нового, в том числе и охренительное ощущение свободы, так вот тогда в Москве появились первые книжки писателя Сергея Довлатова.
Я каким-то невообразимым  чудом купила книжку рассказов Довлатова в переходе у метро Аэропорт. Продавал какой-то дядечка  несколько книжек, которые разложил прямо на асфальте в метро.
Книга была издана в Нью-Йорке в издательстве Камкина.
С писателем Довлатовым мы сразу нашли общий язык. Я уже цитировала его направо и налево, а единственной печалькой было то, что нигде, ну решительно нигде я не могла найти его портрет ( интернета, напомню, тогда не было!)
И вот сижу я так и горюю в своем маленьком кабинете на Новослободской. Вдруг дверь открывается и входит фотограф Валерий Плотников. Спрашивает:
— Чего ты сидишь-горюешь?
— Да вот, — киваю я на книжку, лежащую у меня на столе, — так хотела бы иметь у себя портрет писателя Довлатова, но при жизни в России его никто не снимал, а в Америке, может, и снимали, а как узнать? Как увидеть?
— Тебе нравится писатель Довлатов? — удивился почему-то Плотников. И еще полчаса мы обсуждали с ним повести писателя, пересыпая разговор цитатами из них.
— А вот представь себе, — выдает вдруг Плотников, — что писателя Довлатова я снимал. Причем незадолго до смерти. И у меня есть его портрет.
Я потрясенно молчала…
Оказывается, то ли в 1988, то ли в 1989 году Плотников поехал в Париж по приглашению радиостанции «Свобода», чтобы сделать портреты известных ведущих, наших соотечественников, публицистов и философов Марию Розанову и Андрея Синявского. Но когда Валера только вошел в студию, он увидел Сергея Довлатова, который тоже вел свою передачу на «Свободе», и в этот день как раз был в эфире.
Так Плотников снял не только Синявского и Розанову, но и Сергея Довлатова. «Правда, — признался мне Валера, — тогда его в нашей стране никто не знал, и непонятно было, узнают или нет».
Но у фотографа Плотникова есть одно важное человеческое качество: он невероятно прозорлив. Когда он впервые снимал Владимира Высоцкого, тот был еще никому не известным актером театра на Таганке. «Но что-то в нем такое было…», — вспоминал потом Валерий Федорович.
В общем,  так я получила в подарок портрет Довлатова. И тут же повесила его в своем кабинете. И потом он всегда кочевал со мной по редакциям и висел рядом на стене. Что характерно, многие, кто заходили ко мне в кабинет, спрашивали: «Это ваш отец?»
В какой-то степени — да.



©






✉ Для подписки на сайт, введите e-mail: