У нас много бабушек, дедушек и прочих любвеобильных родственников. Это, конечно, огромная радость и не менее огромная помощь. Но… Но это еще и огромное количество подарков. Особенно если праздники. Особенно если Новый год, плавно перетекающий в 23 февраля. Было бы желание, в общем, а повод найдется.
Вот и сыплются на сына подарки в неограниченных количествах.
Дома заканчиваются площади, а Лего все прибывает. Собираем и днями, и ночами, поесть не успеваем. Машины еще… Машины Матвей особенно любит, поэтому у нас экскаватор и эвакуатор, трактор и бетономешалка, пожарных штук пять, скорая и полицейская, пассажирский автобус, мусоровоз, асфальтоукладчик…

– Снегоуборочную бы еще… – мечтательно вздыхает Матюша.

А я тут решила их посчитать – навскидку около сотни получается. Что-то мне кажется, что если собрать все Матвейкины машины и продать (это предположение шепотом, не дай бог, услышит!), то на выходе денег получишь больше, чем от продажи всех моих драгоценностей.

И вот в одно прекрасное утро я услышала щелчок взведенного курка.

– Ты что, без подаркаааа? – возмущенно вскинул брови сын, увидев входящую с пустыми руками бабушку.

Мой сын??? Тот, в кого я вкладывала душу и время? Прививала эстетическое, отбрасывая материальное? Ну уж нет! И я приняла решение. Скрепя сердце и собрав свою волю в кулак. Тотальный запрет на любые подарки от кого бы то ни было. Срок – до дня рождения. А это, как ни крути, полгода почти получается.
Я оповестила всех близких и далеких, что в нашем доме санкции. Таможня не пропускает и безжалостно уничтожает любые игрушки, а точнее раздает соседским детям.

Матвей окрестил это «бесподарочным временем» и жутко страдал целый месяц. Заглядывался на витрины. Пересчитывал мелочь в копилках. Пытался провезти нелегально. Но я играю в таможню серьезно. Хмурю брови и делаю строгий голос.

Но такая невозмутимая я только снаружи. Внутри меня живет та самая девочка, которая мечтает о домике для Барби. Розовом. И чтобы с лифтом. И идет играть в кладовку, где две полки – это дом, а между ними лестница. Веревочная с перекладинами, вырезанными из папиных сигаретных пачек. Как сейчас помню, Соверен, красные и синие. Я очень хорошо помню эти полки. А домик мне подарят потом, спустя год или даже два. И я буду плакать от восторга, и счастья, и чего-то еще, что сжимает юное девчачье сердце. И запомню навсегда скрип пластмассового лифта, возносящего Барби на второй этаж. Где ее, конечно же, ждет Кен.

Я хочу, чтоб сын тоже что-то помнил. Сделанное своими руками. Или вымечтанное, выпрошенное, такое недоступное и долгожданное. Поэтому держусь.

И вот вам мои результаты спустя два месяца «бесподарочного времени». Ломка по подаркам и пускание слюней на витрины длилась всего две недели. Тяжко, но выдержать можно. Зато потом «поперло» творчество. Матвей строит машины из бумаги, картона и туалетных втулок. Экскаватор и эвакуатор, пожарных штук пять, скорая и полиция… Ах, да, и теперь у него есть даже снегоуборочная.

И еще выбирает подарок на день рождения. Мечтает. Ждет. Стремится.

Чтоб уж точно его запомнить.

http://zimmmes.com/2017/06/%D0%B1%D0%B5%D1%81%D0%BF%D0%BE%D0…

©







✉ Для подписки на сайт, введите e-mail: