А все-таки была своя прелесть в ларьках девяностых – начала двухтысячных. Выходишь ночью в трениках купить сигарет, пива или лимонада, или пожрать, или презервативы, или туалетную бумагу, или лапшу, или любой другой предмет, потому что в ларьках было всё.

Идешь к этому ларьку, а он стоит под качающимся фонарем, а вокруг снег блестит – и минус двадцать.

А там, за решеткой в окошке сидит Люда в пуховике и греется электрическим обогревателем. А рядом с ней Серега сырные чипсы жрет. И с магнитофона: «Видео, видео, это не сказка, это не соооон…»

А у ларька мочится пьяный Леха из соседнего дома, улыбается и тебе приветливо кивает.

И ты покупаешь бутылку «Балтики тройка», пачку «Магны» и зачем-то вафли «Ку-ка-руку».

И на душе как-то хорошо становится. Потому что в этой поганой зиме ты не один, потому что жизнь-то – вот она. И все такие хорошие. Даже Леха. И ты идешь домой счастливый, вбегаешь по лестнице мерзлого подъезда, заходишь в квартиру и стоишь у кухонного окна, не включая свет, пьёшь из бутылки «Балтику», смотришь в окно. А там ларёк светится, снег валит, одинокая машина проехала, а по телеку Корнелюк поёт про город, которого нет, потому что «Бандитский Петербург» начался. И ты пока не знаешь ни про затонувший  «Курск», ни про сгоревшую «Хромую лошадь», ни про обнуление. И пусть ты последние деньги на пиво и сигареты просадил, зато ты на двадцать лет моложе. И снег валит белее, чем теперь, что ли…

Но сейчас ларьков нет, снесли. Есть «Пятёрочка», но ничего она не заменяет, ничегошеньки…
➡ Источник: https://publizist.ru/blogs/115004/38562/90

 

©



✉ Для подписки на сайт, введите e-mail:





Смотрите также: